| j.k. rowling`s wizarding world
{astrid avery астрид эйвери}
⸻ ㅤи, может быть, когда Корона Солнца
ㅤㅤㅤстанет моим головным убором, — я пойму, что значит любить себя.
быть рожденной в чистокровной семье — это благословение и — печаль. кто-то об этом может только мечтать, кусая локти. у тебя прекрасная родословная ; тебя уважают, не шепчутся за спиной ( разве? в таких кругах больше грязи, чем у магглов ). у тебя есть всё, о чем только можно мечтать. но всё это обманчиво ( иллюзия — созданная людьми, что не видят правду, скрывающая за сотнями лживых улыбок ).
астрид эйвери — родилась в чистокровной семье. и для неё это не было — благословением. это якорь, тянущий на дно. отец с детства прививал дочери свои идеалы: «магглы не достойны быть волшебниками», «чистокровные выше всех», «ты должна быть лучшей, первой во всём», «только победа и ничего другого». мужчина был строг с дочерью. и лишь в объятиях матери астрид чувствовала себя — ребенком. она была единственным ребёнком в семье из-за чего, жизнь контролировалась отцом. полностью. начиная с того, что ела — заканчивая друзьями. это душило. убивало.
отец всегда говорил, что никогда нельзя быть милосердным. это сыграет против тебя. что их враги не имеют права на прощение. слабость — погубит тебя, дорогая. ей воспользуются. и больно будет только тебе. чистокровные не должны знать, что такое слабость. астрид знала это. она берегла своё сердце. не подпуская к себе ближе, если не будет уверена в человеке.
у астрид куча репетиторов еще до школы. она занимается до самой ночи, проводя много времени в семейной библиотеке. где впервые интересуется тёмной магией. но отец не даёт и шанса погрузиться. он считает, что дочери рано во всё это ввязываться. кружки и дополнительные предметы — это занимало всё детство девочки. мать астрид не одобряла этого. ссоры с мужем было достаточно. и астрид винила себя в это. обнимая матушку, говоря что всё хорошо. что её малышка сильная. пока детские ручки с дрожью обнимали материнские плечи. она не плачет. она должна быть сильной. слёзы — это слабость.
астрид просто хотела быть ребёнком.
когда пришло письмо из хогвартса, астрид верила, что в этом месте сможет обрести свободу от отца и его контроля. завести друзей. пока отец ожидал от дочери хороших оценок и успеха, мать желала, чтобы малышка наслаждалась школьной жизнью.
слизерин — то, что нельзя было изменить. не с такой родословной, что у девушки. факультет подстать чистокровным волшебникам. отец гордится. астрид слабо улыбается, знакомясь с другими волшебниками. она заводит новых знакомых, но не всех подпускает к себе ближе. не всем открывает сердце. она общается со всеми. даже с ненавистными гриффиндорцами, которых так не любят слизеринцы. заводя с кем-то дружбу, умело игнорируя взгляды слизеринцев. она смотрит так же: надменными глазами, полными безразличия и легкой усмешкой. отца злит общение дочери с гриффиндорцами, но астрид всё равно. она даже красит волосы, скрывая свой блондинистый цвет. не бунтарка, но почему-то злить отца — весело.
астрид не разделяла взглядов отца. не испытывает ненависти к магглам. она пыталась понять его позицию. но признавалась себе, что даже в ней есть эта темнота, которую так пыталась спрятать. возвращаясь домой, проводит многое времени в библиотеки. читая все книги о темной магий. это завлекало. манило. теперь отец это позволяет, не прогоняя дочь. у неё было достаточно времени изучить различные яды и заклинания. у астрид всегда были отличные оценки по зельеварению. если бы захотела, то легко отравила бы кого-то. но ей этого не нужно было. но яды были маленьким хобби девушки, от которого не смогла отказаться.
отец рассказывал, что её дед учился с тёмным лордом и, что для мужчины было честью стать последователем тёмного лорда. и астрид не понимает этого. не понимает взглядов отца, ни его сторонников.
они с матерью покидают англию во время войны, уезжая во францию, к родителям женщины. где астрид была в безопасности. они с матерью почти не говорили об отце. и когда спустя время приходит письмо, где говорилось о смерти мужчины — астрид плачет. она могла ненавидеть его. у них могли быть ссоры, но он был её отцом, которого по-своему любила. но понимала, что у пожирателей лишь два выхода: смерть или тюрьма. или же соврать сказать, что их заставили. мать просит дочь не возвращаться в англию и закончить учебу во франций, но астрид не хочет этого. её сердце тянется обратно. домой. возвращаясь, она оканчивает хогвартс и с гордостью носит свою фамилию. не стыдясь её. и плевать, что о ней думают другие. мнение других не волнует.
астрид обещала отцу быть сильной.
* * *
кинк на мужчин по страше и драму
пример поста   
— он не тот, кто тебе подходит, милая, — голос матери притворно сладок. материнская рука с нежностью касается волос дочери, перебирая шелковистые пряди. гера хмурится от солнца, что ослепляет глаза и поворачивается на бок, утыкаясь в живот матери, прячась — как в детстве. в объятиях матери спокойно, уютно. не так, как у отца. холодно, темно — одиноко.
гера любит свою мать, всем сердцем — по-детски наивно и нежно. но мать не слушает, не пытается понять чувств дочери, словно глуха. знает, что мать желает лучшего ; знает, что права ; знает, что зевс — не самая лучшая партия. но гера уши закрывает и сердцу позволяет управлять.
— матушка, мы столько раз об этом говорили, — она тяжело вздыхает, приподнимаясь. не смотрит на мать. кончиками пальцев касается украшения на шеи, подаренный зевсом. и улыбается. мать хмуриться на этот жест ( ты уже успел, да, сын мой? ). — зевс тот, кого я хочу. и только его, — и власть. встает, направляясь к цветам. мать ничего не говорит, потому что дочь и слушать не хочет. гера присаживается у цветов, вдыхая их аромат. столь чудесный, как и любовь — к зевсу. — он тот кто погубит тебя, дочь моя, — шепчет женщина, потирая кончики пальцев. у нее нет выбора, кроме как смириться. дочь упряма и уперта. если та чего-то хочет, то сделает все, чтобы получить это. дитя, что было спрятано ото всех — выросло, обретя крылья.
жребий брошен. выбор сделан. обратного пути нет.
[indent] если бы можно было вернуть время назад , то уберегла бы — юное сердце от раковой любви. власть ослепительна, но любовь — чарующая. юная богиня не смогла устоять перед зевсом ; перед своим братом, что спас от удушающей темноты.
он — спасение её ; он — погибель её ; он — цепи её, что сковывают тело.
[indent] но гера не та, кто сломается ; не склонится перед ним в поклоне. гера знает себе цену. и зевс — последний, перед кем преклонит колени.
— твой выходки выходят за грань дозволенного, гера, — зевс строг, груб. в голосе нет и нотки — нежности. взгляд его прожигает. гера смотрит на мужа, прямо без всякого сожаления.
губы кривит в усмешке. хочется смеяться. он не тот, кто смеет учить. давать советы.
— за грань? а если у нас — богов, грань? с твоих уст — это звучит, как шутка с которой я вдоль насмеялась — сотню лет назад. но знаешь, муж мой дорогой, — подходит ближе, пальчиками груди касается. они в глаза друг другу смотрят — молний метают. но никто не смеет отвести взгляда. отвел — поиграл. — ты не смеешь учить меня, читать нотации. ты утратил это тогда, когда подумал тем, что между ног, — она на носочки привстает, чтоб на ушко прошептать. — так что, буду делать все, что пожелаю — без сожаления. я твоя жена, но твои слова, более не закон для меня, муж мой.
делает шажок назад — не отводя взгляда от мужа, победно улыбаясь. она смотрит: сначала без особого интереса, будто одолжение делает. смотрит на зевса, так, словно, перед ней — грязь. а потом взгляд отводит в сторону, смотря на закат, что освещал их, пробираясь сквозь тонкие шторы, что колыхались от лёгкого мгновения летнего ветра. им не не нужны слова, чтобы понять, кто и о чем думает.
в голове мелькают события того дня, когда впервые увидела его. и впервые жалеет об этом. что отдала свое сердце не тому мужчине. гера сама связала себя цепями. и выбраться уже просто невозможно. нет ничего хуже, чем стать такой же, как зевс.
зевсу пора понять, что никого не будет так, как он скажет.
он лишился этого права. давно. навсегда.
[indent] когда-нибудь гера сломалась бы. утонула бы в море крови, что была пролита её руками. когда-нибудь это безумие накрыло бы её с головы до ног. гера не девочка ; гера всё понимает. понимает всю тяжесть своих грехов. но ничего не может поделать собой. вся та невинность — испарилась. сострадание? что это такое? уже и забыла, что значит кому-то сострадать. зевс сделал так, что в ней остались только — гнев, обида, злость. и гера сама себя ненавидит. она из комнаты убрала все зеркалка, лишь бы не видеть себя. гера истязает себя, заглатывая комок боли. и вновь гордо поднимает голову, проходя мимо мужа и его любовницы. слезы? их больше нет. обман.
[i]а и д
[indent] её младший брат ; брат, который был другим — не таким, как зевс или посейдон. в нём было то, чего не было в тех двоих. аид мог быть мрачен, молчалив, одинок — но был верен своему слову ; своей любви, которая не угасала веками. гера по доброму завидую племяннице и нежно любила её. радуется за неё, споря с деметрой. и чем сестра недовольна? дочь счастлива ; муж верен — разве о лучше мечтать нельзя? даже любимый сын арес, не смог бы стать таким прекрасным мужем, как аид ( арес и персефона? безумный союз, которого гера не хотела бы для племянницы. ведь знает своего сына, что взял от матери и отца — не лучшие качества ). сестра бы не нашла лучше мужа, чем аид. никто не достоит персефоны так, как аид. везде есть плюсы, так и минусы. у геры на устах сверкает улыбка, смотря на аида и персефону.
[indent] богиня давно забыла привкус любви, радости. в её жизни одна боль. от этой боли трудно дышать, но гера не позволяет себе споткнуться. ей нужно держаться. гордо поднятая голова, ровно вытянутые плечи и прямая спина — легкая улыбка. в ней сила, власть и разрешение.
[indent] она ч у в с т в у е т брата. не оборачивается. знала, что тот почувствует её ; не пройдет мимо, не оставит одну. жалость? нет. только аид знает и понимает, через, что проходит старшая сестра. мог пожалеть, осудить — богиня только криво улыбается. и кто из нас старший, младший? ветер путает волнистые волосы, что падают на волосы. гере не холодно. разве может быть холодно, когда так плохо? белое платье пачкается, низ промокает от легкого касания к воде. сейчас гера не выглядит как богиня, а как душа, что ждет своей очереди ; суда, чтобы определил бы её судьбу. но разве у неё есть судьба? она видит только темноту. кромешную. одиночество. и это так прискорбно.
[indent] она смеяться от его слов хочет. они так смешны, до абсурда. и как же аид прав. знала, знала что через него проходят все те души, что мучила. но гере в с е р а в н о. не испытывает стыда. но почему же на душе так паршиво? и мерзко от самой себя. ведь верила, что давно утратила чувства.
[indent] — я веду себя не достойно? твой слова так смешны, мой милый младший братец, — она смеётся, звонко-безумно, и продолжает, — моё достоинство давно мертво. с такого дня, когда зевс позволил себе подумать тем, что между ног. он растоптал не только моё сердце, но и достоинство. — кидает взгляд через спину, смотря на брата, что как обычно — величественен. и гера чувствует себя — жалкой. — я думала, что давно утратила эти чувства, как — совесть, но сейчас моя душа горит, сжигая меня изнутри. я жалкая, да, аид? СКАЖИ МНЕ. и не смей обманывать, — голос громкий ( крик души, гнева ), слова ( СКАЖИ МНЕ, СКАЖИ МНЕ, СКАЖИ МНЕ ) эхом разносились по пустоте, отскакивая от холодных каменных стен.
она сходит с ума. душа в клетке барахтается, как птичка, желая избавиться от мучительной боли. раз и навсегда.
[align=left]оборачивается и не сводя взгляда, шаг назад делает ближе к стикс. еще шаг и упадет в забвение. и тогда вся боль уйдет? не так ли?
[indent] суровое «нет», как пустой звук для ушей богини. аид знает, что даже ему сложно повлиять на сестру. гера всегда делала так, как хотела сама. не слушая никого. что мать, что сестру, что зевса, что аида и посейдона.
[indent] но аид был тем, кто мог бы стать спасением. стать тем, кому бы гера открылась. спустя столько лет. её сердце было закрыто слишком много. и хотелось простой тишины, спокойствия. где больше не будет боли.
[indent] — нет? — медленно произносит, словно пробует на вкус. давно забытое слово. — а если хочу побыть эгоисткой? или мне и это даже запрещено? что нас отличает от людей? что те еще эгоисты. и ради своих желаний пойдут на многое. не тебе ли не знать, владыка смерти, — она будно насмехается над ним, — рано или поздно, даже мы покидаем этот мир, аид. этого не изменить, — легкая улыбка пробегает на лице. гера все еще смотрит на мужчину, а затем поднимая руку вверх, словно к чему-то тянется, — я устала. хочу быть свободной от всего. отпусти меня аид, прошу тебя или просто сгорю от этой боли, — впервые одинокая слеза скатывается по щеке, разбиваясь об холодные земли. и потухла звезда в темноте.
[indent] гера делает опасный шаг назад, готовясь вот-вот упасть.
[indent] — смерть не так и страшна, мой младшенький.
| |
