Перед ликом Богини невозможно остаться равнодушным, так же, как и не скрыть от неё своих эмоций. Тёмная матерь видит всё, и все же, показать ей истинную свою суть становится частью обряда. Ей можно всё – видеть истинные мои чувства, читать по взгляду эмоции, пляшущие на дне зрачков изумрудных глаз. Простым людям не понять, насколько важно быть открытой книгой перед той, кому поклоняешься. Для них брахманы овеяны тайной и загадкой, а Боги и вовсе кажутся недостижимым и прекрасным, доступным лишь нашей касте. Несправедливость мира? Это смешно. Мне даже нравится ощущать себя частью нечто большего, совершенно не частью стада. Я на высшей ступени каст – я это воля Богини, которая явилась ко мне в этот час. И это для меня великая честь. Естественно, вслух я этого не произношу, так как, тогда бы это прозвучало лживо и искусственно. Так что, Кали остается лишь читать мой горящий взгляд.

   Падать ниц, как какой-то раб я не стал, но максимально опустился на колени и опустил голову в почтении. Так выглядят рыцари, приклонившие колено перед своим сюзереном на средневековых гобеленах. Да, я образован и начитан, и знаю не только о том, что касается Индии. Такое сравнение, конечно же, забавляет, и, тем не менее, четко обрисовывает суть. Достойный должен достойно приветствовать Богиню. Ей ведь нужен брахман, а не второсортная грязь под ногами. И, кажется, что я делаю всё верно. Взглядом улавливаю женские безупречные ступни, что ступают размеренно по мраморному полу, рисуя алые отпечатки божественной сущности на полу. Легкий перезвон браслетов ласкает слух, окончательно завлекая в объятия происходящего таинства, и в нос ударяет легкий аромат благовоний, по всей видимости, духов Тёмной Матери. Гибискус, сандал и немного чайного дерева, что дополняет терпкий страстный букет своей свежестью. Может, мне и кажется, но всё это и не важно – уходит на второй план, когда не знаешь, что можно ждать, и увлечен своей покровительницей. Она пришла и это уже значит для меня многое.

   Прикосновение Кали волнительно и будоражит разум. Я не знал, что на пересечении миров Тёмная Матерь пожелает коснуться меня. Не испугался, но почувствовал, какая аура исходит от этой женщины, и дернулся было, чтобы дерзко поднять глаза и посмотреть на виновницу царящих внутри чувств, однако же, вовремя остановился и еще ниже опустил голову, будто бы прося, тем самым прощения. Я не хотел оскорблять своим поведением ту, которой мне предстоит служить, если она меня не отвергнет. И её смех – смех Богини, только подкидывает дров в костер сомнений и возможного будущего.

   Тонкие женские пальцы скользят по подбородку, требуя поднять взгляд, и я повинуюсь. Уверенно, возможно, где-то даже резко, так как нет в моем сердце ни грамма страха перед величественной Богиней. Она передо мной, смотрит в мои глаза и единственное, чего мне хочется в этот момент – это чувствовать на себе взор Кали и жить в этом ощущении до скончания веков. Её благословение дарует освобождение и знание, необходимые для свершения предназначения. Не важно, какого – оно просто есть.

- Да, Тёмная матерь, - спокойно отвечаю я, даже не думая вырываться из хватки её нежных рук.
- Да, Богиня, я сделаю всё, чтобы быть обласканным твоей милостью,- слова кажутся нелепыми в этот самый момент, но произношу я их без лишних раздумий. Я готовился к этому моменту много лет, и все равно, точные трактовки слов и заготовленной речи разом выскочили из головы, оставляя после себя лишь восторг и желание поведать этой женщине всё так, как есть. Вопросы о нашей первой встрече я не задаю. Кали виднее, что и когда происходило, и я не волен спрашивать то, что недостижимо для меня, как для человека, пускай, и будущего брахмана.

   Она говорит о семье, дает совет, который больше удивляет, нежели вызывает волнения. Верить в безгрешность людей не приходилось, но то, что я слышу сейчас, переворачивает немного мир под углом. Не тайна, но откровение и зацепка на будущее. И, когда я встал с разрешения Богини, в моем взгляде скользит решимость и устремленность исполнить её заветы.

- Твой совет подобен ценному дару, Тёмная матерь, который я ценю и использую в нужный час, когда придет время, - легкий учтивый поклон, чтобы подчеркнуть значимость сказанных вслух слов. Ещё и игра огнями внутри храма, что была создана вихрем божественной силы. Таинство разговора, которое переходит в волнение иного толка, когда Кали соприкасается со мной носами и проникновенно произносит свои дальнейшие слова.

- Басу – это одна из двенадцати великих семей, что входят в Калихгор. Ветвь угасшего рода, в которой царил матриархат. Что утаил от меня отец? Что ты имеешь в виду, Тёмная Матерь, говоря, что Басу моя судьба? – вопросы сами срываются с моих губ, когда я заканчиваю давать определение семье Басу. Что стало с ней не тайна, не для Дубеев, и все же, я знаю не так много о Басу, чтобы утверждать что-то наверняка. Потому и любопытство берет верх на некоторое время, а потом я опускаю голову, выражая свои извинения и покорность перед гневом Богини, если вдруг я посмел её оскорбить.

- Я желаю служить тебе, Тёмная матерь. Прошу простить меня, если дерзнул оскорбить тебя, - я принимаю свои ошибки и не бегу от ответственности. Я Амрит Дубей, и я знаю, чего большего всего желаю.
- Покажи мне путь, и я последую по нему, не ведая сомнений, - и все мои клятвы с молитвами заключены в этих самых словах. Я весь её – Темная Матерь уже сказала это.